|
|
|
|
— Мы все спросим. Это же наши общие бабки, — сказал Билли. — Правильно. После похорон. Во вторник, — предложил Нац. — Отлично, — согласился Писбо. — Ладно, — пожал плечами Джэкки. Ленни устало кивнул. В конце концов, это были их башки… Наступил вторник. Ни у кого не хватило духу заговорить об этом на похоронах. Они все надрались и хором оплакивали смерть Гранти. О деньгах никто и не вспоминал. Они встретились на следующий день с тяжёлого похмелья и пошли к Фионе домой. Никто не открывал. — Наверно, она у матери, — сказал Ленни. К ним вышла соседка по лестничной клетке — седоволосая леди в платье с голубым рисунком. — Фиона уехала сегодня утром, мальчики. На Канарские острова. Ребёнка оставила у матери, — ей не терпелось сообщить им эту новость. — Здурово, — пробормотал Билли. — Вот как? — сказал Джэкки и самодовольно пожал плечами; это не пришлось по вкусу кое кому из его друзей. — Что ж, ничего не поделаешь. Неожиданно Билли оглушил его ударом в челюсть. Он упал и покатился по лестнице. В конце концов, ему удалось ухватиться за перила, и он в ужасе посмотрел снизу на Билли. Все остальные были шокированы поступком Билли не меньше, чем Джэкки. — Успокойся, Билли, — Ленни схватил его за руку, но не сводил глаз с его лица. Ему страшно хотелось узнать мотивы его поведения. — Ты не в себе. Джэкки ни в чём не виноват. — Так таки не виноват? Я долго молчал, блядь, но этот хитрожопый меня уже достал, — он показал на распростёртую фигуру Джэкки, который пытался спрятать своё стремительно распухающее лицо. — Что тут, бля, происходит? — спросил Нац. Билли не обращал на него внимания и смотрел на Джэкки в упор: — И давно это продолжается, Джэкки? — О чём это он? — спросил Джэкки, но его хнычущему голосу недоставало уверенности. — Канары, ебена мать! Где вы встречаетесь с Фионой? — Ты ебанулся, Билли. Ты же слышал, что сказала эта тётка, — покачал головой Джэкки. — Фиона — сестра моей Шерон, бля. Ты думал, я закрою на всё глаза, сука? Сколько ты с ней трахаешься, Джэкки? — Это было только один раз… Биллино возмущение заполнило собой всю лестницу и проникло в сердца его товарищей |
|
