|
|
|
|
Если я отменю заказ, Шейла сыграет моими яйцами в бильярд. Так не пойдёт, чуваки, — заявил Нац. — Вот именно, бля. Мне, конечно, жаль Фиону и её мальца. Всем жалко. Бараза нет. Но это же наша капуста, блядь, а не её, — сказал Билли. — Мы сами во всём виноваты. Я так и знал, что этим всё кончится, — Джэкки пожал плечами. Позвонили в дверь. Пришли Ленни и Писбо. — Тебе легко говорить. У тебя денег до хрена, — наехал на него Нац. Джэкки ничего не ответил. Он взял банку «лагера» из груды, которую Писбо свалил на пол. — Херовая новость, пацаны, — произнёс Писбо, пока Ленни угрюмо отхлёбывал из своей банки. — Один из самых классных чуваков, которых я знал, — сказал Ленни. Он вовремя вмешался. Нац чуть было не начал оплакивать свои денежки, как вдруг понял, что Писбо имел в виду Гранти. — Я понимаю, сейчас некрасиво говорить о себе, но давайте разберёмся, что нам делать с капустой. На следующей неделе день делёжки. Мне надо заказать путёвку на отпуск. Мне нужны башки, — сказал Билли. — Ну и сука ж ты, Билли. Бедняга ещё не успел закоченеть, а мы уже будем обсуждать всё это дерьмо? — презрительно усмехнулся Ленни. — Фиона может просрать все наши деньги! Нужно сказать ей, что это наша капуста. Иначе она накупит на них всякой херни. Сколько там было? Почти две тонны. До хрена. А потом она укатит на какие нибудь ёбаные Карибы, а мы останемся в этом ебучем Линксе с парой бутылок сидра вместо отпуска. — Ты городишь чепуху, Билли, — сказал ему Ленни. Писбо серьёзно посмотрел на него, и Ленни почувствовал, что зреет предательство. — Мне неприятно говорить об этом, Ленни, но Билли по своему прав. Гранти не очень то баловал Фиону, он был ещё тот жук. Пойми меня правильно, я ничего не имею против этого чувака, но если ты найдёшь у себя дома две тонны, то сначала потратишь их, а уж потом станешь задавать вопросы. Ты б именно так и поступил. И я б тоже так поступил. По правде сказать, любой бы на её месте так поступил. — Ну хорошо. А кто спросит у неё про деньги? Чур, не я, — прошипел Ленни |
|
