|
|
|
|
Мы встречаемся с ней уже пять недель, но секса у нас ещё не было. Гэйл сказала, что не хочет строить наши отношения на физической основе, иначе они так и останутся сугубо физическими. Она вычитала это в «Космополитене» и хотела проверить эту теорию на практике. Так что уже недель пять яйца у меня были величиной с дыню. Наверно, во всей этой моче, говне и блевотине было немало спермы. — Хороши вы были вчера, Дэвид Митчелл, — сказала она с осуждением. Она действительно расстроена или только делает вид? Поди разбери. Потом: — А что с простынями? — Вправду расстроена. — Гм, небольшая авария, Гэйл. — Ладно, ничего страшного. Спускайся вниз. Мы как раз собрались завтракать. Она вышла, а я устало оделся и ощупью сполз по лестнице, стараясь остаться незамеченным. Узел прихватил с собой, чтобы забрать его домой и постирать. Гэйлины папики сидели за кухонным столом. Когда я услышал запахи традиционного воскресного завтрака, готовившегося на плите, меня затошнило. В животе всё перевернулось. — Мда, вчера у нас кто то перебрал, — сказала Гэйлина мама, но, к моему счастью, просто беззлобно поддразнивая. Я опять покраснел от стеснения. Сидевший за столом мистер Хьюстон попытался замять это дело. — Ну надо же когда нибудь расслабиться, — заметил он ободряюще. — Точнее, надо бы когда нибудь остепениться, — сказала Гэйл и тут же поняла, что совершила ошибку, когда я незаметно взглянул на неё исподлобья. Небольшая зависимость мне бы не помешала. Риск — благородное дело, бля… — Э, миссис Хьюстон, — я показал на простыни, связанные узлом и лежавшие у моих ног на кухонном полу. …Я тут немного испачкал простыню и пододеяльник. Я возьму их домой и постираю, а завтра принесу. — Не беспокойся, сынок. Я сейчас же брошу их в стиральную машину. Сиди и завтракай. — Нет, но, э… я их сильно испачкал, — засмущался я. — Я лучше заберу их домой. — Какая лапушка, — засмеялся мистер Хьюстон. — Да нет же, сиди и кушай, сынок, а я о них позабочусь, — миссис Хьюстон подкралась ко мне и внезапно ухватилась за узел |
|
