|
|
|
|
За этой пыткой следует другая. Старушка суёт мне десятку и говорит, чтобы я взял ещё по одной. Видимо, сегодня на повестке дня развитие навыков общения и воспитание уверенности в себе. Я беру поднос и становлюсь в очередь у стойки. Перевожу взгляд на дверь, нащупывая хрустящую банкноту. Хватило бы на пару крупиц. Я мог бы за полчаса смотаться к Сикеру или Джонни Свону — Матери Настоятельнице, чтобы выбраться из этого кошмара. Потом я замечаю, что у выхода стоит старик и смотрит на меня, как вышибала — на потенциального хулигана. Только он обязан не вышвыривать меня, а не выпускать. Бред какой то. Я возвращаюсь в очередь и вижу эту девицу, Трисию Маккинли, с которой я вместе учился в школе. Мне не хочется ни с кем разговаривать, но деваться некуда — она узнала меня и улыбнулась. — Привет, Трисия. — О, привет, Марк. Давно не виделись. Как ты? — Нормально. А ты? — Сам видишь. Это Джерри. Джерри, это Марк, мы с ним учились в одном классе. Как давно это было, да? Она знакомит меня с угрюмым, потным урелом, который что то ворчит в мою сторону. Я киваю. — Да, давно. — Ты видишься с Саймоном? — Все тётки спрашивают про Саймона. Меня мутит от этого. — Да. Недавно забегал ко мне. Скоро уезжает в Париж. Потом на Корсику. Трисия улыбается, а урел неодобрительно следит за мной. У чувака такое лицо, будто он не одобряет весь мир в целом и готов сию же минуту сцепиться с ним. Уверен, что он один из «сазерлендцев». Трисия могла бы найти себе парня и получше. В школе она нравилась многим пацанам. Я увивался вокруг неё, надеясь, что остальные подумают, будто я с ней встречаюсь, надеясь, что я действительно начну с ней встречаться, как бы «по инерции». Я даже сам поверил в эту свою сказку и получил увесистую оплеуху, когда попробовал залезть к ней под блузку на заброшенных железнодорожных путях. Но Дохлый всё таки её трахнул, сука. — Наш Саймон нигде не пропадёт, — говорит она с мечтательной улыбкой. Папаша Саймон. — Конечно, не пропадёт. Половой гигант, сутенёр, наркоделец, вымогатель |
|
