|
|
|
|
— Понятно… опять с Бобби история. Главным мучителем Жертвы на текущий момент был некий безумный байкер Бобби, с которым я был знаком довольно долго. Личность Бобби можно было разделить на две составляющие. Одна — злоба в чистом виде. Другая — абсолютная сволочность. — Но я держала язык за зубами. Представь себе, Ллойд, он заявляется к ней ни с того ни с сего и начинает ей на мозги капать. Соло уже потешаться над нами начал, так что нам просто пришлось уйти. Хотели у тебя переждать, пока эта сука Бобби не свалит. — Слушай, я не против, но придется вам сидеть здесь без меня, а. Я забился тут с парнишкой насчет этих розовых шампушек — спидболы, типа, знаешь? — Возьми мне пяток… нет, шесть штучек… — тяжело дышит она, роясь в сумочке в поисках кошелька. — Если только у него будет, конечно, — отвечаю я, прикарманивая денежки. Я и не собирался ничего вырубать, просто намылился к своему братцу перекусить. Но мне все равно не хотелось сообщать об этом Злобной Сучке, и не потому, что это звучало не так уж круто, а потому, что она постоянно лезет не в свои дела, и я не хочу, чтобы любопытная корова про меня всякое вызнавала. Перед самым уходом мельком замечаю обтянутую черными леггинсами задницу Жертвы, чувствуя разочарование и удовлетворение одновременно от полного отсутствия какой либо реакции со своей стороны. В самом конце аллеи сажусь на автобус, который везет меня к брату Воану. Разумеется, я опаздываю. И когда приезжаю, то звоню в дверь целую вечность. Воана нет дома, а Фиона, моя невестка, играет во дворе с Грэйс, моей племянницей, ей уже два года, и она, как и все двухлетки, реальная приколистка. — Ллойд! Так и знала, что это ты. Заходи, заходи. Зайдя в дом, я врубаюсь, что Воан тут занимался ремонтом, но ничего не говорю по этому поводу. Вообще то весь дом обставлен в безвкусном деревенском стиле, что смешно видеть в пригородном доме. В этом — они оба, Воан с Фионой. Хотя я все таки по своему люблю их, такая любовь вперемешку с семейным долгом, но с такими, как эти, о вкусах спорить не станешь |
|
